Кому на Руси жить хорошо

В каком году — рассчитывай, В какой земле — угадывай, На столбовой дороженьке Сошлись семь мужиков… Некрасовские мужики отправились путешествовать по России с одной целью: найти счастливого человека: кому на Руси жить хорошо? Каждый из мужиков имел свой вариант. Один считал, что помещику, другой – чиновнику, третий – попу. Два брата Губиных считали, что купцу, старик Пахом – министру, а Пров полагал, что лучше всех живётся царю. Изначально Некрасов полагал, что в поэме будет 7 или 8 частей, но успел написать только 4. На сегодняшний день даже неизвестно, должны ли они следовать одна за другой. Эту поэму Некрасов называл «любимым детищем» и посвятил работе над ней много лет. Материал он копил целых 20 лет, но смерть прервала этот грандиозный труд. Незадолго до кончины поэт сказал: «Одно, о чем сожалею глубоко, это - что не кончил свою поэму «Кому на Руси жить хорошо».

Часть первая

Пролог

В каком году - рассчитывай,

В какой земле - угадывай,

На столбовой дороженьке

Сошлись семь мужиков:

Семь временнообязанных,

Подтянутой губернии,

Уезда Терпигорева,

Пустопорожней волости,

Из смежных деревень:

Заплатова, Дыряева,

Разутова, Знобишина,

Горелова, Неелова -

Неурожайка тож,

Сошлися - и заспорили:

Кому живется весело,

Вольготно на Руси?

Роман сказал: помещику,

Демьян сказал: чиновнику,

Лука сказал: попу.

Купчине толстопузому!-

Сказали братья Губины,

Иван и Митродор.

Старик Пахом потужился

И молвил, в землю глядючи:

Вельможному боярину,

Министру государеву.

А Пров сказал: царю...

Мужик что бык: втемяшится

В башку какая блажь -

Колом ее оттудова

Не выбьешь: упираются,

Всяк на своем стоит!

Такой ли спор затеяли,

Что думают прохожие -

Знать, клад нашли ребятушки

И делят меж собой...

По делу всяк по своему

До полдня вышел из дому:

Тот путь держал до кузницы,

Тот шел в село Иваньково

Позвать отца Прокофия

Ребенка окрестить.

Пахом соты медовые

Нес на базар в Великое,

А два братана Губины

Так просто с недоуздочком

Ловить коня упрямого

В свое же стадо шли.

Давно пора бы каждому

Вернуть своей дорогою -

Они рядком идут!

Идут, как будто гонятся

За ними волки серые,

Что дале - то скорей.

Идут - перекоряются!

Кричат - не образумятся!

А времечко не ждет.

За спором не заметили,

Как село солнце красное,

Как вечер наступил.

Наверно б ночку целую

Так шли - куда не ведая,

Когда б им баба встречная,

Корявая Дурандиха,

Не крикнула: «Почтенные!

Куда вы на ночь глядючи

Надумали идти?..»

Спросила, засмеялася,

Хлестнула, ведьма, мерина

И укатила вскачь...

«Куда?..»- Переглянулися

Тут наши мужики,

Стоят, молчат, потупились...

Уж ночь давно сошла,

Зажглися звезды частые

В высоких небесах,

Всплыл месяц, тени черные,

Дорогу перерезали

Ретивым ходокам.

Ой тени, тени черные!

Кого вы не нагоните?

Кого не перегоните?

Вас только, тени черные,

Нельзя поймать - обнять!

На лес, на путь-дороженьку

Глядел, молчал Пахом,

Глядел - умом раскидывал

И молвил наконец:

«Ну! леший шутку славную

Над нами подшутил!

Никак ведь мы без малого

Верст тридцать отошли!

Домой теперь ворочаться -

Устали, не дойдем

Присядем,- делать нечего,

До солнца отдохнем!..»

Свалив беду на лешего,

Под лесом при дороженьке

Уселись мужики.

Зажгли костер, сложилися

За водкой двое сбегали,

А прочие покудова

Стаканчик изготовили

Бересты понадрав.

Приспела скоро водочка,

Приспела и закусочка -

Пируют мужички!

Косушки по три выпили,

Поели - и заспорили

Опять: кому жить весело,

Вольготно на Руси?

Роман кричит: помещику,

Демьян кричит: чиновнику,

Лука кричит: попу;

Купчине толстопузому,-

Кричат братаны Губины,

Иван и Митродор;

Пахом кричит: светлейшему

Вельможному боярину,

А Пров кричит: царю!

Забрало пуще прежнего

Задорных мужиков,

Ругательски ругаются,

Не мудрено, что вцепятся

Друг другу в волоса...

Гляди - уж и вцепилися!

Роман тузит Пахомушку,

Демьян тузит Луку.

А два братана Губины

Утюжат Прова дюжего,-

И всяк свое кричит!

Проснулось эхо гулкое,

Пошло гулять-погуливать,

Пошло кричать-покрикивать,

Как будто подзадоривать

Упрямых мужиков.

Царю!- направо слышится,

Налево отзывается:

Попу! Попу! Попу!

Весь лес переполошился,

С летающими птицами,

Зверями быстроногими

И гадами ползущими,-

И стон, и рев, и гул!

Всех прежде зайка серенький

Из кустика соседнего

Вдруг выскочил, как встрепанный,

И наутек пошел!

За ним галчата малые

Вверху березы подняли

Противный, резкий писк.

А тут еще у пеночки

С испугу птенчик крохотный

Из гнездышка упал;

Щебечет, плачет пеночка

Где птенчик?- не найдет!

Потом кукушка старая

Проснулась и надумала

Кому-то куковать;

Раз десять принималася,

Да всякий раз сбивалася

И начинала вновь...

Кукуй, кукуй, кукушечка!

Заколосится хлеб,

Подавишься ты колосом -

Не будешь куковать!

Слетелися семь филинов,

Любуются побоищем

С семи больших дерев,

Хохочут, полуночники!

А их глазищи желтые

Горят, как воску ярого

Четырнадцать свечей!

И ворон, птица умная

Приспел, сидит на дереве

У самого костра,

Сидит да черту молится,

Чтоб до смерти ухлопали

Которого-нибудь!

Корова с колокольчиком,

Что с вечера отбилася

От стада, чуть послышала

Людские голоса -

Пришла к костру, уставила

Глаза на мужиков,

Шальных речей послушала

И начала, сердечная,

Мычать, мычать, мычать!

Мычит корова глупая,

Пищат галчата малые,

Кричат ребята буйные,

А эхо вторит всем.

Ему одна заботушка -

Честных людей поддразнивать,

Пугать ребят и баб!

Никто его не видывал,

А слышать всякий слыхивал,

Без тела - а живет оно,

Без языка - кричит!

Сова - замоскворецкая

Княгиня - тут же мычется,

Летает над крестьянами,

Шарахаясь то о землю,

То о кусты крылом...

Сама лисица хитрая,

По любопытству бабьему,

Подкралась к мужикам,

Послушала, послушала

И прочь пошла, подумавши:

«И черт их не поймет!»

И вправду: сами спорщики

Едва ли знали, помнили -

О чем они шумят...

Намяв бока порядочно

Друг другу, образумились

Крестьяне наконец,

Из лужицы напилися,

Умылись, освежилися,

Сон начал их кренить...

Тем часом птенчик крохотный,

Помалу, по полсаженки,

Низком перелетаючи,

К костру подобрался.

Поймал его Пахомушка,

Поднес к огню, разглядывал

И молвил: «Пташка малая,

А ноготок востер!

Дыхну - с ладони скатишься,

Чихну - в огонь укатишься,

Щелкну - мертва покатишься,

А всё ж ты, пташка малая,

Сильнее мужика!

Окрепнут скоро крылышки,

Тю-тю! куда ни вздумаешь,

Туда и полетишь!

Ой ты, пичуга малая!

Отдай свои нам крылышки,

Всё царство облетим,

Посмотрим, поразведаем,

Попросим - и дознаемся:

Кому живется счастливо,

Вольготно на Руси?»

«Не надо бы и крылышек,

Кабы нам только хлебушка

По полупуду в день,-

И так бы мы Русь-матушку

Ногами перемеряли!»-

Сказал угрюмый Пров.

«Да по ведру бы водочки»,-

Прибавили охочие

До водки братья Губины,

Иван и Митродор.

«Да утром бы огурчиков

Соленых по десяточку»,-

Шутили мужики.

«А в полдень бы по жбанчику

Холодного кваску».

«А вечером по чайничку

Горячего чайку...»

Пока они гуторили,

Вилась, кружилась пеночка

Над ними: всё прослушала

И села у костра.

Чивикнула, подпрыгнула

И человечьим голосом

Пахому говорит:

«Пусти на волю птенчика!

За птенчика за малого

Я выкуп дам большой».

«А что ты дашь?»

«Дам хлебушка

По полупуду в день,

Дам водки по ведерочку,

Поутру дам огурчиков,

А в полдень квасу кислого,

А вечером чайку!»

«А где, пичуга малая,-

Спросили братья Губины,-

Найдешь вина и хлебушка

Ты на семь мужиков?»

«Найти - найдете сами вы,

А я, пичуга малая,

Скажу вам, как найти».

«Скажи!»

«Идите по лесу,

Против столба тридцатого

Прямехонько версту:

Придете на поляночку,

Стоят на той поляночке

Две старые сосны,

Под этими под соснами

Закопана коробочка.

Добудьте вы ее,-

Коробка та волшебная:

В ней скатерть самобранная,

Когда ни пожелаете,

Накормит, напоит!

Тихонько только молвите:

«Эй! скатерть самобранная!

Попотчуй мужиков!»

По вашему хотению,

По моему велению,

Всё явится тотчас.

Теперь - пустите птенчика!»

«Постой! мы люди бедные,

Идем в дорогу дальнюю,-

Ответил ей Пахом.-

Ты, вижу, птица умная,

Уважь - одежу старую

На нас заворожи!»

«Чтоб армяки мужицкие

Носились, не сносилися!» -

Потребовал Роман.

«Чтоб липовые лапотки

Служили, не разбилися»,-

Потребовал Демьян

«Чтоб вошь, блоха паскудная

В рубахах не плодилася»,-

Потребовал Лука.

«Не прели бы онученьки...»-

Потребовали Губины...

А птичка им в ответ:

«Всё скатерть самобранная

Чинить, стирать, просушивать

Вам будет...Ну, пусти...»

Раскрыв ладонь широкую,

Пахом птенца пустил.

Пустил - и птенчик крохотный,

Помалу, по полсаженьки,

Низком перелетаючи,

Направился к дуплу.

За ним взвилася пеночка

И на лету прибавила:

«Смотрите, чур, одно!

Съестного сколько вынесет

Читати далі