Загадки истории. Отечественная война 1812 года

Начало ХІХ столетия ознаменовалось наполеоновскими войнами, которые изменили облик Европы. Но конец перекраиванию карты континента положила война Наолеона с Российской империей. Эту войну в России назвали Отечественной. Об Отечественной войне 1812 года очень много написано и рассказано, и нам порой кажется, что мы знаем о ней все. Но так ли это? Этот период таит в себе немало загадок. Кто же все-таки победил в Бородинском сражении? Только ли Кутузов был главным «архитектором победы» России? Кто и почему сжег Москву? Как вели себя солдаты и офицеры наполеоновской армии на завоеванной территории Российской империи и почему встретили столь яростное сопротивление простого народа? Суще­ствовал ли клад Наполеона или это лишь красивая легенда? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете на страницах нашей книги.

Аннотация

Начало ХІХ столетия ознаменовалось наполеоновскими войнами, которые изменили облик Европы. Но конец перекраиванию карты континента положила война Наолеона с Российской империей. Эту войну в России назвали Отечественной.

Об Отечественной войне 1812 года очень много написано и рассказано, и нам порой кажется, что мы знаем о ней все. Но так ли это? Этот период таит в себе немало загадок.

Кто же все-таки победил в Бородинском сражении? Только ли Кутузов был главным «архитектором победы» России? Кто и почему сжег Москву? Как вели себя солдаты и офицеры наполеоновской армии на завоеванной территории Российской империи и почему встретили столь яростное сопротивление простого народа? Суще­ствовал ли клад Наполеона или это лишь красивая легенда? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете на страницах нашей книги.

Коляда И. А., Милько В. И., Кириенко А. Ю.

ЗАГАДКИ ИСТОРИИ. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 ГОДА 

«Русское государство так велико, что позволяет играть «в кошки и мышки» с неприятельской армией; на этом и должна базироваться в основном идея его обороны против превосходящих сил неприятеля. Отступление в глубь страны завлекает туда же неприятельскую армию, оставляя в ее тылу обширные пространства, которые она занять не в состоянии. А затем уже не встретится никаких препятствий к тому, чтобы отступление, которое прежде шло от границы внутрь страны, начать в обратном направлении, из внутренних областей к границе, и, таким образом, вновь дойти до нее совместно с ослабленной не­приятельской армией».

К. Клаузевиц «1812 год»

«Взять Россию за голову»: наступление Наполеона на Петербург

Война 1812 года (именуемая Отечественной войной) занимает особое место как в череде Наполеоновских войн в Европе, так и в истории Российской империи. После неудачных для русской армии военных кампаний 1805, 1806 и 1807 гг. император Александр I подписал предложенный французским императором Наполеоном Тильзитский мир, который установил союз между двумя крупнейшими на то время европейскими державами.

В частности, Россия обязывалась выполнить следующие условия:

— признать все завоевания Наполеона;

— присоединиться к континентальной блокаде против Англии (по условиям секретного соглашения), то есть практически полностью отказаться от торговли;

— помогать Франции во всякой наступательной и оборонительной войне, где это потребуют обстоятельства;

— вывести войска из Молдавии и Валахии, которые были завоеваны у Турции;

— не препятствовать Наполеону в установлении контроля над Ионическими островами (которые уже через несколько месяцев вошли в состав Иллирийских провинций Франции).

Кроме этого, по условиям Тильзитского мира 1807 г. на территории польских владений Пруссии было образовано герцогство Варшавское, фактически зависимое от Франции; а также уменьшалась территория Пруссии (от нее отошли польские области), которая хоть и сохранила самостоятельность, но тоже попала в зависимость от Франции. Среди других, имевших влияние на международную обстановку решений следует выделить признание Россией Рейнского союза; Жозефа Бонапарта — королем Неаполитанским, Людовика Бонапарта — королем Голландским, Жерома Бонапарта — королем Вестфальским. Франция же переставала оказывать помощь Турции в русско-турецкой войне 1806—1812 годов.

Условия мирного договора, по мнению российского дворянства и военных, были унизительны и даже позорны для Российской империи. Поэтому уже на Эрфуртском конгрессе 1808 г. (переговоры между Наполеоном и российским императором Александром I) были закреплены некоторые предыдущие договоренности, согласно которым к России отошла Финляндия и некоторые другие территории. При этом Наполеон получил возможность для покорения всей Европы. И уже в ходе так называемой Войны пятой коалиции французские войска после ряда аннексий, произведенных, главным образом, за счет австрийских земель, приблизились к границам Россий­ской империи.

«Приуготовляли и расчищали путь»: французская разведка

Уже в первой половине 1810 г. в Российской империи возникли обоснованные подозрения в том, что война с Наполеоном неизбежна. Фактически с этого времени началась активная работа французской разведывательной службы. Следует учитывать, что разведка находилась под особым контролем Наполеона, который лично анализировал всю информацию и, соответственно, активно ею пользовался.

Достаточно основательные сведения о французских шпионах перед началом войны 1812 г. оставил генерал-майор артиллерии Илья Тимофеевич Радожицкий. В частности, он указывал следующее: «стали ловить на Несвиже шпионов, являвшихся под видом комедиантов, фокусников, странствующих монахов и тому подобных. Кажется, в правилах великого Наполеона было, перед начатием войны с каким-либо государством, впускать в него сперва легионы шпионов и зажигателей, которые приуготовляли и расчищали путь для его победоносного воинства. Наиболее этих шпионов являлось тогда под видом землемеров, или, по-польски, коморников, которые попеременно с нашими офицерами Квартирмей­стерской части снимали ситуацию окрестностей Несвижа инструментально... Между тем как шпионы разгуливали в пограничных местах Европейской России и поджигали в городах лучшие здания, Кабинеты союзных Держав находились в чрезвычайной деятельности, истощая всю тонкость Дипломатики для утверждения политических прав своих Государей, и два могущественных Государя-соперника грозно сближали свои воинства к пределам подвластных им земель».

Накануне начала похода в Россию общее руководство сбором информации о противнике было возложено на министра иностранных дел Франции Юг-Бернара Маре и командующего французскими войсками в Северной Германии маршала Луи-Николя Даву. Именно в штаб-квартиру последнего, которая находилась в Гамбурге, поступала вся секретная информация о российской армии.

Уже в декабре 1811 г. в Данциге был создан филиал французской разведки под руководством генерала Рапа. В его обязанности входил преимущественно военный шпионаж, допросы дезертиров, путешественников и торговцев, которые вернулись из России. При этом, исходя из стратегических соображений, особое внимание уделялось дислокации и передвижениям армий будущего противника.

Но кто же предоставлял наиболее полную информацию о состоянии российской армии императору Бонапарту? Как это часто бывает, одним из основных поставщиков шпионской информации о России было французское посольство в Петербурге. Бывшие в то время послами Арман де Коленкур и Жак Александр Ло де Лористон являлись также и резидентами французской разведки. В частности, последний поддерживал тесную связь с разными агентами и регулярно докладывал в Париж о политических событиях в России, передвижениях войск и т. д. В своих мемуарах Коленкур представил себя противником ведения дипломатии подобными средствами, но при этом не отрицал, что дипломатические чиновники были тесно связаны с разведывательными службами Франции.

Кто еще, кроме дипломатов, профессиональных шпионов, помогал императору в получении необходимой информации о «стране варваров»? Следует отметить, что кроме штатных агентов Наполеон пользовался и услугами «приглашенных» лиц. Среди них был археолог Жан Лажар. Известно, что в начале 1810 г. у Наполеона состоялась личная встреча с Лажаром, на которой император посоветовал археологу возвратиться с очередных раскопок не обычным путем (через Турцию—Балканы—Италию), а кружным — через Каспий, по Волге, через Москву, Петербург, Прибалтику и Варшаву. Выполняя это «пожелание», Лажар, посетив Российскую империю, получил массу разведывательных сведений — о рекрутских наборах, системе управления армией, о местах основной дислокации войск.

Наполеон не жалел денег на разведку. Собранные данные систематизировались и анализировались в специально созданном в 1811 г. при министерстве ино­странных дел информационно-статистическом отделе, возглавляемым дипломатом и разведчиком Лелорнь д’Идевилем, который ранее служил во французском посольстве в Петербурге и, соответственно, знал русский язык.

Непосредственно перед началом похода в Россию французская разведка усердно старалась расширить диапазон своей деятельности. С этой целью производилась относительно массовая засылка агентов на всем протяжении российской границы. Часть из них была обезврежена контрразведкой. Так, в начале 1811 г. был раскрыт некий Саван, которого даже удалось перевербовать. Впоследствии практически в течение двух лет он доставлял особому разведывательному бюро (его возглавлял историк и дипломат Л.П. Биньон) дезинформацию. Что касается упомянутого подразделения, то в его структуру входили три офицера, знавшие языки и имевшие опыт боевых действий. Они соответственно руководили отделами, касающимися территорий: 1) Украины; 2) Литвы и Белоруссии; 3) Прибалтики. Каждому из них подчинялись по 12 агентов, которые следили на дорогах за передвижениями русских войск, наблюдали за строительством крепостей, доставляли через границу собранные сведения. Кроме этого в компетенцию «бюро Биньона» входили военный шпионаж, перлюстрация и перевод перехваченных бумаг, допрос дезертиров и военнопленных. Также осуществлялся сбор информации об общественных настроениях в Российской империи, органах власти и экономике. Отдельно доставлялись статико-топографические сведения о приграничных губерниях. Опубликованные материалы свидетельствуют, что к концу марта 1812 г. только с разведывательными заданиями в Российской империи находилось 15 агентов Биньона.

Перед войной французская разведка получила гравировальные доски «столистовой» карты (подробная карта Российской империи и близлежащих заграничных владений, подготовленная в 1801—1804 гг.). Несмотря на то, что в ней были указаны только главные дороги и основные ориентиры, ее надписи были переведены на французский язык, и именно ею пользовались французы во время войны. Хотя впоследствии все-таки бывали случаи, что французские отряды сбивались с пути.

Известен также документ французской разведки, в котором даны характеристики 60 русских генералов и 4 старших офицеров (в их числе Кутузов, Барклай-де-Толли, Витгенштейн, Милорадович, Дохтуров, Паскевич, Тучков и другие). Согласно этим характеристикам, большинство генералов — храбрые люди, имеющие значительный боевой и командный опыт и в то же время относительно молодые (средний возраст 30—40 лет).

В 1811 г. с разведывательной миссией три агента из Польши посетили Архангельск, Вологду и другие северные города. При этом польские историки констатируют, что довольно часто было трудно провести разграничительную линию между действиями французских агентов из поляков и тех же поляков, работавших на разведку герцогства Варшавского. При этом зачастую разница заключалась лишь в том, что информация агентов герцогства в копиях оставалась в Варшаве, а все собранные сведения в разном виде поступали во Францию.

С началом военной кампании 1812 г. военно-оперативную разведку Великой армии возглавил дивизионный генерал польской и французской службы М. Сокольницкий. В его функции входило оперативное наблюдение за передвижением российских войск и их расположением, а также доставка ежедневных сведений о театре военных действий. Французского императора интересовала информация о дорогах, реках, населенных пунктах, позициях. Согласно порядку оперативные сведения должны были поступать в течение 24 часов.

Большая часть французской агентуры накануне войны была сосредоточена только на западных окраинах Российской империи. Соответственно, когда Великая армия углубилась в российские земли, ее деятельность практически не давала результатов.

О достаточно низкой результативности деятельности французских шпионов можно судить из следующих строк уже упомянутого Коленкура, которые относятся к началу похода Наполеона: «О позиции русских не было никаких сведений. Все жаловались на то, что ни один из шпионов не возвращается, что очень раздражало императора. Лишь из Мариамполя поступили сведения о том, что русская армия отступает и перед нами находятся только казаки».

Довольно быстро Наполеон разочаровался в возможностях французской разведки и рекомендовал корпусным начальникам заменять собственными силами «свою неспособную секретную службу». Он требовал от военачальников регулярно сообщать данные о противнике. Тот же Коленкур позднее писал следующее: «Любою ценою он (маршал Мюрат, командовавший авангардом наступающей наполеоновской армии. — Авт.) хотел добыть пленных; это было единственным средством получить какие-либо сведения о русской армии, так как их нельзя было получить через шпионов, сразу переставших приносить нам какую-либо пользу, как только мы очутились в России». Исходя из этого, можно говорить о том, что Наполеону так и не удалось создать в России надежную шпионскую сеть.

Читати далі