Олег Сенцов

Наверное, сейчас нет человека, который не слышал бы имени Олега Сенцова — слишком громким был суд над ним и неве- роятным приговор: двадцать лет заключения. Кинорежиссер, сценарист, писатель был осужден за якобы террористическую деятельность. И несмотря на протесты общественности, обра- щение к самому главному руководству страны, которая обви- няет Сенцова, он до сих пор находится в неволе. Это издание состоит из воспоминаний людей, которые хорошо знали Олега, из обрывков его книг и сценариев к фильмам, а еще из выдержек протоколов допросов свидетелей, проходящих по этому сфабри- кованному деле. В нем много фотографий — и из домашнего архива, и из зала суда. Хотя, как утверждают родные и друзья, Сенцов никогда не любил говорить о себе, за него говорят его произведения, и прежде всего практически автобиографические рассказы. А еще до своего задержания он написал книгу, название которой полностью соответствует содержанию: «Купите книгу — она смешная ». Она вышла в издательстве «Фолио» и на русском, и в переводе на украинский язык. 14 мая 2018 года Олег Сенцов объявил бессрочную голодов- ку. Борьба за его освобождение продолжается.

Cover
Аннотация

Наверное, сейчас нет человека, который не слышал бы имени Олега Сенцова — слишком громким был суд над ним и невероятным приговор: двадцать лет заключения. Кинорежиссер, сценарист, писатель был осужден за якобы террористическую деятельность. И несмотря на протесты общественности, обращение к самому главному руководству страны, которая обвиняет Сенцова, он до сих пор находится в неволе. Это издание состоит из воспоминаний людей, которые хорошо знали Олега, из обрывков его книг и сценариев к фильмам, а еще из выдержек протоколов допросов свидетелей, проходящих по этому сфабрикованному деле. В нем много фотографий — и из домашнего архива, и из зала суда. Хотя, как утверждают родные и друзья, Сенцов никогда не любил говорить о себе, за него говорят его произведения, и прежде всего практически автобиографические рассказы. А еще до своего задержания он написал книгу, название которой полностью соответствует содержанию: «Купите книгу — она смешная ». Она вышла в издательстве «Фолио» и на русском, и в переводе на украинский язык.

14 мая 2018 года Олег Сенцов объявил бессрочную голодовку. Борьба за его освобождение продолжается.



Александр Мымрук

Олег Сенцов

Про Олега Сенцова

Проблема написания биографии Олега заключается в том, что, во-первых, он — человек довольно интровертный. Он не из тех, кто охотно делится деталями собственного прошлого со своими знакомыми. Поэтому те люди, с которыми мне удалось о нем поговорить, мало рассказывают о «докиношной» жизни Сенцова, да и многие из них подружились с Олегом уже после того, как он ворвался в украинскую киноиндустрию со своим «Гамером».

Во-вторых, все, что Олег хотел нам рассказать о себе, уже давно изложено в литературной форме и не нуждается в очередном описании или повторении. Он написал целую серию автобиографических рассказов[1], один из которых так и называется — «Автобиография». Каждый, кто так или иначе следит за трагическими перипетиями жизни крымского режиссера, знает о его литературном багаже.

Литература, это, пожалуй, самый простой и наименее затратный способ самовыражения. В отличие от кино, которое является искусством синтетическим и ресурсоемким, искусство слова не требует никаких сторонних средств, чтобы «начать». Вам нужна лишь ручка, бумага и собственный мозг. В конце концов, даже кино начинается со сценария, поэтому неудивительно, что Олег начал свой путь к режиссуре с писательства.

И все же, поскольку эта книга пытается осветить важные вехи в жизни Олега Сенцова, я не могу не сказать нескольких слов и не сделать нескольких уточнений относительно периода его взросления и становления.

Хотя имя Олега Сенцова обычно связывают с городом Симферополем, в котором он прожил бо′льшую часть своей жизни, на самом деле он родился в другом месте. Малая родина Олега — село Скалистое Бахчисарайского района. Именно там 13 июля 1976 года в семье шофера Геннадия Алексеевича Сенцова и воспитательницы Людмилы Григорьевны Сенцовой и появился на свет будущий кинорежиссер.

Скалистое — довольно большой поселок. По данным последней всеукраинской переписи в нем проживает почти три тысячи человек. В Украине есть города, количество людей в которых не намного превышает эту цифру. Очевидно, что название «Скалистое» он получил благодаря своему географическому положению — село находится вблизи второй гряды Крымских гор, неподалеку от средневекового поселения — пещерного города Бакли. Трудно сказать, ведут ли местные жители историю своего села от этого стародавнего поселения, но в кругу исследователей пещер и любителей экстремального туризма название «Скалистое» достаточно известно.

Из «Детства»:

«Когда я был маленький, то размер мира я считал таким, каким я его вижу — то есть мой мир ограничивался линией горизонта. Мы жили в предгорье, поэтому линия эта была не сильно далеко и вокруг почти везде была возвышенность, поэтому мир образовывал вокруг меня как бы большую чашу, ограниченную соседними горами, пригорками и полями. Мир для меня ограничивался, но не был ограничен. Он был полон, полная чаша детского счастья».

«Я себя помню очень рано. Иногда мне даже кажется, что я помню лица, наклонившиеся надо мной, когда я лежал в детской коляске (хотя сейчас я склонен считать, что это мне запомнился кадр из какого-то фильма).

Личностью я себя тоже ощутил очень рано, лет в пять. Тогда мне попала заноза в палец, и я не смог ее вытащить. Какой-то друг, в упор не могу припомнить эту сволочь, сказал мне, что это все — конец, заноза из пальца дойдет до сердца, и я умру.

Самое первое яркое впечатление из детства — мне пять лет, я иду из детского сада домой, в сандалиях и шортах, по пригорку, недалеко от своей Деревни (дети почему-то не любят дорог, они вечно срезают где попало, а если дорога идет прямо, то ползут по кустам). Так вот, я иду, высоко, передо мной — вся деревня внизу, детсад сзади, далеко слева — школа, в которой я еще не успел побывать, и я мысленно прощаюсь со всем этим, готовясь умирать. Обстановка спокойная, в меру трагичная, ветрено. Но я не плачу, так — значит так.

Не знаю, что было дальше, раннее детство я помню кусками, но раз я до сих пор жив, значит, заноза прошла мимо».

Крым всегда находился на перекрестке различных культур. Его территория — это постоянное поле взаимодействия, (а порой и борьбы) различных влияний, различных государств и мировоззрений. Начиная с первых греческих поселений и заканчивая большими переломами двух империй («белой» и «красной»), Крым непрерывно играл роль «концентратора» идей и устремлений. В Украине, пожалуй, нет другого подобного места, в котором могли бы пересекаться люди стольких национальностей. Конечно, у нас есть и Бессарабия, и Буковина, и Галичина, которые за свою долгую историю успели побывать в составе многих государств, каждое из которых оставило свой неповторимый след в ментальности местных жителей. И все же Крымский полуостров, возможно, в силу своих географических особенностей, всегда стоял немного в стороне, как случай совершенно особый.

Возможно, это вполне закономерно, что такой художник, как Олег Сенцов, появился именно в таком культурно-пестром регионе. Эта открытость к различным влияниям, отсутствие укоренения во «что-то одно» только помогает саморазвитию художника. Из этих разрозненных пазлов и формировалось специфическое мировоззрение Олега.

Стоит отметить, что собирание «кусочков» — это основной лейтмотив всей биографии Олега Сенцова. Каждый из тех, кто что-то рассказывал о нем для этой книги, давал лишь маленькую частичку пазла. Общее представление о Сенцове как о реальном живом человеке (в противовес образу героя ленты новостей) формировалось именно на стыке этих, на первый взгляд, разрозненных свидетельств и воспоминаний.

Наталья Каплан:

Двоюродная сестра Олега Сенцова

«Впервые я увидела Олега, когда мне было 4 года и меня привезли в Крым, но, конечно же, я очень смутно помню его в том возрасте. Помню, как за него переживали родители, когда он, во время шторма, стоял очень близко к морю. Помню, как он отлавливал для меня кота, чтобы я могла ему под лапу запихнуть градусник. Я тогда серьезно заболела, и меня все развлекали, как могли.

Позже, когда Олег стал старше, его привозили ко мне. Он любил играть в настольные игры и не проявлял особого интереса к взрослым тусовкам. У нас была серьезная разница в возрасте — 4 года. Сейчас она не ощущается, но в детстве это был огромный разрыв. Вот это, собственно, и все воспоминания, которые у меня остались о том времени. Их не так уж много. До того, как он начал снимать кино, мы особо не общались. Я была в Москве, он — в Крыму...»

Свое детство Олег называет «светлой порой», когда можно было радоваться простым вещам и «всему живому», что ребенка окружает. Он вспоминает, что много времени проводил с друзьями, катался на велосипеде, читал книги и ездил к морю, которое было всего лишь в 37 км от Скалистого. Детская пора в его воспоминаниях — это солнечный и счастливый мир, в котором время идет медленно, а энергия бьет фонтаном. Позже он опишет эти годы в своих рассказах.

Детские воспоминания Сенцова привлекают своей интимностью и неотвратимо вызывают чувство ностальгии. И дело даже не в мастерстве или стилистике изложения, а в универсальности того опыта, о котором он старается говорить с читателями. У всех нас было детство, у всех нас были любимые животные, у всех нас были радости и разочарования, которые естественным образом связаны с первым детским опытом. Поэтому эти рассказы просто обречены на то, чтобы быть понятными каждому.

Написанные в очень сдержанном и взвешенном стиле, без излишней аффектации и преувеличений — эти рассказы заметно отличаются от других его работ. Это почти всецело саморефлексия, попытка выстроить диалог с самим собой.

Из «Детства»:

«Все называют детство самой счастливой порой. Согласен. Только я бы добавил: еще и самой светлой. В основном. Почти у всех. Мне искренне жаль всех тех, у кого не было детства, или у кого оно рано закончилось, или было недостаточно светлым.

У меня было все — и детство, и достаточное количество света в нем. И свет не исчисляется двумя килограммами мандаринов на Новый год или мультиками по черно-белому телевизору. И количеством подарков ко дню рождения он тоже не исчисляется.

Когда тебе восемь, то набор пластмассовых венгерских солдатиков — это предел мечтаний. Машинка на радиоуправлении — это сладкий сон, который ты готов видеть хоть среди бела дня. Но были ли у тебя тогда солдатики, купили ли тебе машинку — потом, спустя много лет, это уже не имеет значения. И став взрослым, ты понимаешь, что теперь этот пылящийся на чердаке хлам вовсе не важен, но еще ты понимаешь, что там, в детстве, для тебя — ребенка, это тоже было не самым главным.

Главным, что было и что должно быть главным — это мама, это семья, это друзья, это любимые животные, все то живое, что тебя окружает, кто дает этот свет, который будет светить тебе изнутри всегда, что бы ни было после… После детства».

Первые 15 лет Олег прожил в Советском Союзе. Распад этого государства пришелся как раз на время его становления как взрослого человека. Можно даже сказать, что его детство закончилось вместе с этим государством. Конечно, это не могло не отразиться на характере и мировоззрении Олега. Из советской упорядоченности в хаос дикого капитализма 90-х. Целое поколение людей в один миг утратило систему мировоззренческих ориентиров и уверенность в завтрашнем дне. Нужно учиться жить по-новому, жить так, как до этого еще никто не жил. Это травматический, но, несомненно, уникальный опыт. Он отсеивает самых слабых, оставляя только тех, кому хватит сил приспособиться к новой жизненной среде.

Школу Олег закончит тоже в Скалистом. Как он сам отмечает — учеба шла хорошо, почти всегда на «отлично». После окончания он даже получил звание «лучший ученик выпуска», но когда ему предложили, несмотря на несколько оценок «хорошо», получить золотую медаль, он принципиально отказался, решив получить ровно столько, сколько заслужил.

А вот с адаптацией в коллективе было немного сложнее — парень был худым и вынужден был мириться с издевательствами одноклассников. Это довольно типичная ситуация, в которой, в определенном возрасте оказываются миллионы школьников по всей стране, и не каждому из них удается переломить эту ситуацию в свою пользу. Школьные годы, приходящиеся на период активного взросления и становления юной личности, работают как своеобразная «социальная» версия естественного отбора. Обычно, поражение в этой «борьбе» оставляет отпечаток на всей дальнейшей жизни. Но у Олега все получится.

Все изменится в старших классах, когда он станет смелее, начнет заниматься спортом и в конце концов свяжется с местными хулиганами. К этому времени он также научится активно спорить с учителями, позже объясняя это тем, что ему никогда не нравились люди, которые делают вид, что знают больше, чем есть на самом деле.

Из «Школы»:

«А вот в школу я идти хотел. Хотя почти все дети не хотели, и это было даже круто — на вопрос взрослых, мол, хочешь ли идти в школу, отвечать: «Нет». Это считалось нормальным, взрослые за это не ругали, а хлопали по плечу и говорили, что ничего, тебе со временем понравится. А я отвечал, что да, хочу в школу. И меня не хлопали по плечу, и сказать им было нечего. Я всю жизнь хотел быть как все, но у меня это не получалось. Всю жизнь я был один и как-то сбоку.

В школу ходить мне нравилось, но недолго. Учиться я любил, а вот в школу ходить, оказывается, не очень. Меня разрушала советская система образования — эта рутина, зубрежка, тягучие и вязкие, как смола, уроки. Я любил физкультуру, труды и перемены, там была хоть какая-то свобода. Математику не скажу, что любил: как по мне это несколько ненормально любить математику, это как с детства мечтать работать кассиром, просто она мне легко давалась, и я решал все контрольные за пол-урока. Русский язык был крайне скучным предметом, а вот литературу, как и историю, я просто обожал — там было очень интересно и немного посвободнее, чем на других уроках. Учителя по русскому и литературе всегда зачитывались моими сочинениями вслух, стоя посередине класса. Это мало кому нравилось, в том числе и мне самому.

В пионерской организации всего за несколько лет я сделал головокружительную карьеру от старосты класса до горниста — очень быстро стало понятно, что я никак не рвусь вообще к общественно-политической жизни, к тому же на горне в классе никто играть не умеет, а у меня по крайней мере получается лучше других… И я до конца пионерии трубил одну простенькую мелодию на всех торжественных мероприятиях, на вносах-выносах знамен и прочей ерунде, стоя рядом с барабанщиком опять-таки где-то сбоку».

Учебу в школе, а потом и учебу в университете Олегу приходилось совмещать с постоянными подработками то в местном колхозе, то на разных продовольственных рынках. В семье Сенцовых была довольно сложная материальная ситуация, и юный Олег пытался помогать семье, чем мог.

90-е в Украине, как и на всем постсоветском пространстве — времена бедности и анархии. В стране, пережившей такой масштабный геополитический катаклизм, как развал Советского Союза, по-другому и быть не могло. Каждый брал столько свободы, сколько мог. Старая партноменклатура, которая теперь превратилась в политическую элиту Украины, с небывалым энтузиазмом разворовывала и подминала под себя бывшее государственное имущество. Новоиспеченные и наиболее способные бандиты и рэкетиры в неимоверно короткие сроки получали огромные сверхприбыли, превращаясь в новую олигархию.

Слияние «крупного капитала» и властных структур, расцвет теневого бизнеса, коррупция, гиперинфляция, многомесячные задержки зарплат, отмирание целых экономических отраслей, которые были завязаны на кооперацию с другими бывшими республиками СССР, — все это отнюдь не способствовало благополучию простых граждан.

Еще сложнее станет в 1996 году, когда умрет отец Олега. С этого момента забота о матери полностью ляжет на плечи сына. Он будет опекать ее до самого последнего момента, пока не окажется в российском плену за тысячи километров от дома.

Из «Детства»:

«Вечером — мой день рождения. Куча гостей — друзья родителей. Дарят подарки, в основном деньги — такие красивые, важные бумажки, красненькие или синенькие с профилями Ленина. Вроде бы приятно, радостно — как взрослому. Потом, утром, ты их отдаешь маме. У тебя их даже не просят, ты их сам отдаешь — так надо. Потом тебе на них что-нибудь покупают или они идут на семейные нужды, на поправку бюджета после праздничных трат — теть и дядей надо было хорошо кормить и поить. А у тебя остается чувство пустоты, обмана. И я перестал любить бумажки с профилем Ленина в свои дни рождения. <...>

Деньги для ребенка ничего не значат. В первом классе я нашел в школе, на спортплощадке, полтора рубля! Я не знал, что с ними делать. Состояние такое, как если бы я сейчас нашел миллион долларов одной бумажкой с пометкой для ультрафиолетовых ламп «Помечено УБЭП» — немеряно денег, и деть некуда. Тогда мне давали десять копеек в день на обед, хватало на простую булочку. А тут полтора рубля. Не зная куда деть и не признаваясь родителям, я их где-то припрятал, затем потерял и успокоился — чемодан без ручки, баба с возу, ну и так далее…»

Как и каждый истинный художник, Олег не изменит своего отношения к деньгам даже тогда, когда они наконец к нему придут. Все свои ресурсы он будет направлять на реализацию творческих идей. Его явно не интересует тупое «накопление» и «богатство», как таковое. Самореализация в понимании Сенцова лежит в совершенно иной плоскости.

Потом Олег поступит на Крымский факультет Киевского национального экономического университета, где будет получать уже высшее образование по специальности «маркетинг». Поэтому в 1993 году он самостоятельно, без посторонней помощи решит покинуть родное Скалистое и переедет в столицу Автономной Республики Крым — Симферополь. Столица Крыма, безусловно, как тогда, так и теперь, остается воротами в большой мир для многих людей. В разное время здесь жили писатели Иван Карпенко-Карый и Михаил Старицкий, актриса Мария Заньковецкая, ученый и философ Владимир Вернадский, немецкий естествоиспытатель Паллас и русские писатели Лев Толстой и Александр Пушкин. Симферополь — главный культурный центр Крыма, поэтому желание Олега начать свое обучение именно там не вызывает никаких вопросов. Столицы всегда привлекают талантливых пассионариев на свои орбиты и способствуют их дальнейшему развитию.

Из «Автобиографии»:

«После школы приехал в город С. поступать в институт, в престижный, на государственное отделение. Не хотели принимать документы:

— Мальчик ты откуда?

— С деревни С…

— Золотая медаль есть?

— Нет.

— Серебряная?

— Нет.

— Так что же ты хочешь?

— Учиться!»

Уже тут видно, что Олег имел довольно независимый и целеустремленный характер, который в будущем позволит ему достигать намеченных целей, несмотря на внешние обстоятельства. Молодой Сенцов не боится покидать свою зону комфорта и идти навстречу неизвестному. Личность Олега закалялась в непростых условиях суровых 90-х годов. Все мы хорошо помним, что это было за время. Люди, которые сформировались в ту «эпоху», являются носителями довольно твердых характеров, и Олег здесь — не исключение.

Читати далі